Город из мечты

Опубликовал heavil-fer - Август - 2 - 2011



Судя по слухам, автор этой статьи не публиковал ее нигде, кроме как в курском областном журнале «Политическая агитация» (1987, №12). Но эту статью стоит прочитать, так как ее написал очевидец всех описываемых здесь событий, человек, который видел, знал и любил и любит наш город Железногорск.

Л. БАЛАШОВ, заведующий отделом железногорской районной газеты «Ударный фронт»

Город из мечты

Каждый, кто отправится в путешествие по шоссе Москва-Киев, в полутысяче километрах от столицы, там, где к дороге вплотную подступают светлые рощицы и густые перелески, увидит по правую руку своеобразный ребристый Магнит в виде вытянутой подковы, устремленной в небо. Рядом современное здание автовокзала, где на козырьке фасада каждый вечер вспыхивает неоном такое знакомое каждому курянину слово «Железногорск». Да, пожалуй, знакомое не только курянину. Вряд ли изыщется в нашей стране человек, не слышавший о КМА — Курской магнитной аномалии. А молодой социалистический город, которому в 1987 году исполнится 30 лет (по историческим меркам город  подросток), сердце Курской магнитки. Промышленный и культурный центр региона, который так коротко и непривычно для слуха зовется КМА.

А ведь город этот вырос из ленинской мечты.

Владимир Ильич Ленин и КМА. Сегодня историки на эту тему пишут диссертации, серьёзные и глубокие исследования, в далеком 1919 году по личному указанию Ленина были возобновлены работы по исследованию КМА. В этом же году в Курскую губернию направляется экспедиция для исследования места залегания железных руд. 14 июля 1920 года Президиум ВСНХ создал особую комиссию по исследованию и изучению КМА. Председателем особой комиссии КМА назначили профессора И.М. Губкина. 24 августа 1920 года В.И. Ленин подписал постановление «О развертывании буровых работ в районе КМА».

1922 год. В.И. Ленин пишет срочное письмо в Совнарком: «Обращаю внимание на исключительную важность работ по обследованию Курской магнитной аномалии». Вслед за этим он пишет Г. А. Кржижановскому: «…Дело это надо вести сугубо энергично».

И уже через год на буровой скважине №1 в селе Лозовка под Щиграми бур вошел в мощные залежи железной руды. О претворении в жизнь ленинской мысли думали и делегаты XVIII съезда ВКП(б), утвердившего третий пятилетний план развития народного хозяйства на 1938—1942 годы. Секретарь Курского обкома ВКП(б) П. И. Доронин, выступая на съезде говорил о проблемах освоения КМА. Тогда он предложил включить в план третьей пятилетки грандиозную задачу — создать в Центральной части СССР мощную металлургическую базу на основе использования богатейших месторождений Курской магнитной аномалии. В 1939 году было выделено на эти цели 5,6 млн. рублей, в предвоенном 1940 году — 11,7 млн. рублей. Курский обком партии практически осуществлял решения XVIII съезда.

Работы по Исследованию и освоению КМА прервала война. Вся промышленность была подчинена нуждам обороны. Но после разгрома немецко-фашистских захватчиков с новой силой возобновились научно-исследовательские и поисковые работы.

Михайловское месторождение железных руд, которому обязан своим рождением город Железногорск, было открыто в 1950 году и разведано Льговской железорудной экспедицией. Сначала железную руду геологи нашли в деревне Жидеевке, а затем вышли на мощные залежи у деревни Веретенино. 26 июля 1952 года заложили первую в здешних местах скважину под номером 245. Работами руководил горный мастер Н. В. Шевелев. Вскоре на глубине 96 метров был обнаружен пласт железной руды в 55 метров с богатым содержанием железа. Вторая скважина дала аналогичные результаты.

Это была самая первая победа. Та победа, которую называют творческим озарением. Коллектив Льговской железорудной экспедиции, который в те годы возглавлял товарищ Бочаров, понимал: именно отсюда, от этих разведочных скважин и начнется большой путь к будущей железногорской руде. А у истоков будущей мощной «железной реки» стояли геолог П. Калинин, мастера А. Евстафьев, Д. Жуков, А. Шматов, топограф И. Сазонова, старший коллектор Л. Сиваева, коллекторы Н. Самойлов, П. Федичкеина, рабочая В. Исайчева.

Ветераны экспедиции хорошо помнят работящую, улыбчивую Веру Исайчеву. В 1952 году совсем молоденькой девчушкой пришла она в буровую бригаду. Наравне с мужчинами переносила тяготы неустроенного быта, кочевой жизни экспедиции. Но судьба подарила ей незабываемый день. День, когда Вера держала в руках первые образцы руды Михайловского месторождения, взятые для исследования. В тот день ей еще было неведомо, что по качественным характеристикам найденных в здешних краях руд Михайловское месторождение назовут необычно поэтично для залежей полезных ископаемых — «Жемчужиной КМА».

В августе 1957 года в распоряжение Курского обкома партии прибыл директор строящегося рудника И.K. Митрофанов. Вместе с секретарем обкома Д.И. Рогозовым он выехал в районный центр — слободу Михайловку, где в тот день проходил пленум Михайловского райкома партии. На нем первым секретарем РК КПСС был избран И. Н. Манилов, Он то и объявил собравшимся коммунистам, что принято правительственное решение о промышленной разработке богатств Михайловского месторождения и представил директора рудника. Здесь же решили, что его дирекция будет располагаться в слободе Михайловке, а коль это так, то и железорудный комбинат назвали Михайловским.

Много лет спустя Иван Кузьмич Митрофанов, живущий ныне в Москве, писал в своих воспоминаниях: «Добрался я в райцентр как раз в тот день, когда там проходил пленум райкома партии. Думаю, как раз кстати. Сразу же познакомился с руководством района, со многими председателями колхозов, на землях которых расположится будущий рудник.

В этот же день вместе с первым секретарем райкома партии И. Н. Маниловым и председателем райисполкома Г. А. Никишиным решили ряд организационных (41) вопросов: размещение временной  конторы рудника, прибывающей техники, рабочих и специалистов. Выбор пал на Михайловку и близлежащие к  месту будущего рудника села.

В первую очередь встал вопрос о строительстве железной дороги в несколько десятков километров, линии электропередачи напряжением в 110 киловольт и протяженностью в сто километров, шоссейной дороги Рудник—Тросна длиной более чем в 30 километров.

Без решения этих вопросов нельзя было выполнять основные задачи по производству горнокапитальных работ в карьере.

Хорошо помню тот день, когда по стальным рельсам прошел первый паровоз. У деревни Веретенино было особенно многолюдно. Не забыть лица людей — любопытные и тревожные, радостные и взволнованные, — когда окрестность огласил гудок паровоза.

Начали строить бетонные дороги на промплощадке и в карьере.

В сентябре 1957 года на строительство рудника прибыл первый секретарь обкома партии Л. Н. Ефремов. Приехал на рудник, на котором были только разбивочные колышки, поставленные маркшейдером И. А. Щербаком. Все уточнил руководитель области, обо всем расспросил.

Потом поехали на строительство будущего города. Там было пока только поле с поспевающей гречихой, а посреди него — проселочная дорога, будущая улица Ленина. Много говорили мы в тот день, планировали и… мечтали о городе красавце.

Перед отъездом Л. Н. Ефремов еще раз предупредил, что для областной партийной организации строительство рудника — задача номер один. Обещал оказывать всемерную помощь, но и спрашивать жестко.

Так, шаг за шагом, воплощался на древней курской земле, близ старинной слободы Михайловки ленинский завет о «сугубо энергичном» освоении богатств КМА.

Трудные это были шаги. А когда первопроходцам было легко?

Тридцать лет… Много это или мало? Для седой многовековой историй курского края, его городов и сел — это, пожалуй, один штрих. Для нашего бурного социалистического. настоящего, диктующего невиданные в истории человеческого общества, всех его социальных формаций ускорение, это зрелый для города возраст. Возраст становления. Время свершений.

Временной отрезок от тех незабываемых лет пятидесятых годов до исторического XXVII съезда КПСС, поставившего перед горняками, строителями, всеми, трудящимися Железногорска ответственные задачи по ускорению нашего движения вперед, — это то близкое вчера, были наполнены будни и праздники тысяч железногорцев. И все-таки, все, что было вчера, — это уже достояние истории. Новейшей, но все же истории.

Журналистская судьба подарила мне немало незабываемых встреч с подлинными героями этой «новейшей истории» — первопроходцами, первостроителями города. С Михаилом Прокофьевичем Побоковым, человеком, вбивавшим колышки на стройплощадках первых домов будущего Железногорска, частенько видимся и поныне. Удивительный то человек, первый прораб города», как называют иногда Михаила Прокофьевича железногорцы, которому недавно исполнилось 75 лет. Он и Строитель с большой буквы (первая городская школа, три детских садика, кинотеатр «Юность», жилые дома — всего не счесть, что построил М. П. Побоков). Он и художник. Творец. На одной из его картин запечатлена первая палатка железногорских строителей, та самая, в которой строители укрывались в ненастье. Есть в его «вернисаже» и картины, талантливо рассказывающие о первых улицах Железногорска, первом звонке в первой школе. Но первая палатка первостроителей — серый брезент в хмаре того хмурого осеннего дня 2 октября 1957 года — с непонятной силой врезалась в мою память. В 1985 году, на первом железногорском празднике советской семьи, где Михаилу Прокофьевичу была торжественно вручена лента Почетного гражданина Железногорска, я долго беседовал с ветераном. И удивлялся силе его духа, молодости его нестареющей души. А ведь уже тогда он давно перешагнул семидесятилетний рубеж. Но от жизни не прятался в стенах своей квартирки. Возглавил совет ветеранов войны и труда Михайловского горно-обогатительного комбината. И, конечно же, были в тот день воспоминания. Ему есть что вспомнить. Достаточно сказать, что в молодости Михаил Прокофьевич возводил легендарный Комсомольск-на-Амуре. В 1952 году строил электростанцию в слободе Михайловке. Так что, когда 2 октября 1957 года вышел в поле с другими первостроителями П.А. Гризодубовым, И.А. Щербаком, с рабочими трех строительных бригад, организованных для закладки первых шести общежитий и тринадцати четырехквартирных домов (это по нынешней улице Октябрьской), — знал о здешних местах не понаслышке. А ведь многие горняки и строители, приехавшие сюда по зову партии и сердца, окрестили их «медвежьйм уголком». Да и старинные архивные документы, в коих впервые упоминалась слобода Михаиловка, удостоверяли, что «дикие места, где в 1712 году населена слобода сия, пожалованы Петром I во время Прутского замирения фельдмаршалу графу Борису Петровичу Шереметеву».  2 октября 1957 года в этих, некогда «диких местах» был заложен новый социалистический город.

Казалось, самое время торопило строителей. Заставляло трудиться их в том ритме, который бы мы сегодня назвали ритмом ускорения. Через два дня после закладки города, 4 октября 1957 года, наша страна вывела на орбиту первый в мире искусственней спутник. Начало Железногорска совпало с началом бурной космической  эры. Символичное совпадение. И тогда, 4 октября пятьдесят седьмого, все бригады ознаменовали этот день перевыполнением сменных заданий. Позже это станет железногорской традицией — на знаменательные события в жизни социалистического Отечества отвечать ударным трудом.

Вскоре в эксплуатацию были сданы несколько общежитий, а в канун 40-летия Великого Октября отпраздновало новоселье — строители сдали первый четырехквартирный домик. Новоселье было отмечено торжественно. Первостроители собрались на митинг. На нем единодушно решили назвать первую появившуюся в городе улицу Октябрьской. К слову, вначале и появившийся на карте области поселок назвали Октябрьским. Но вскоре нашли его нынешнее название, так приглянувшееся первым строителям Железногорска — М. Побокову, Ю. Горбунову, М. Багрову, А. Чунихину, М. Кишкину, В. Миронову, П. Гризодубову и другим «крестным отцам» города. Они свято верили, что претворят мечту поэта: «Через четыре года здесь будет город-сад!». Верил в это и первый железногорский поэт, строитель Константин Козыкин, написавший, пожалуй, первое стихотворение о совсем юном Железногорске.

В 1961 году в Железногорском парке построили летнюю площадку, на которой кроме самодеятельных выступали профессиональные артисты филармоний, знаменитости, такие как И. Суржиков, Г. Великанова и др. А цыганские ансамбли, так любимые железногорцами, приезжали бесконечной чередой. В ту пору славился наш городской духовой оркестр, им руководил сначала Фрайман, затем Л. Рудаков.  Новый 1967 год мы встречали в Дворце культуры Михайловского ГОКа. Первым его директором был Борис Михайлович Фурье, по профессии режиссер. Замечательные мастера культуры трудились творчески в 60—70-е годы: хореографы В. Казюхин и В. Погодин, создатель танцевального ансамбля «Жемчужина КМА», затем их дело продолжили талантливые В. Панчук и А. Шелехов; духовым оркестром руководил С. Аксельрод, оставивший после себя славу замечательного дирижера и десятки учеников; на всю область славился драмтеатр Железногорска, который возглавили И.И. и Н.А. Постниковы, а затем их дело продолжила С. Говорухина.

Хором руководили М.С. Иванов и Л.M. Помогаев, агитбригадой — А.С. Запорожец. А артистов самодеятельных, но талантливых, любимцев публики, было сотни человек, их перечислить невозможно. Назову первых, кто пришел на память: Валера Иванников, потом работавший художником в ДК МГОКа, Дмитрий Исаевач Шурукин, Саша Баранник, Володя Котляров, еще Муравьев, Саша Щукина, Катаев, Тамара Тарло…

Сколько концертов, смотров, вечеров, встреч с известными артистами, писателями! Здесь были Сибирский и Северный народные хоры, скрипач Э. Грач, певцы Александр Градский, Яаак Йола, актер Валерий Золотухин, писатель Михаил Алексеев и десятки других известных людей.  Жаль, что в последнее время к нам мало кто приезжает с гастролями. В 1998 году был лишь известный баянист А. Скляров — и все. Немного для стотысячного города. Правда, самодеятельность в ДК МГОКа осталась, есть и способные руководители, исполнители, но … прежнего блеска нет.

И у строителей в 70-е годы вновь появился свой клуб — Дом культуры «Строитель». Возглавляла его сначала А.С. Запорожец, затем Л.И. Рябченкова. И здесь начинали талантливо: появился ансамбль песни и пляски «Танок», выезжавший на гастроли во многие города страны и за границу, в нем проявили свой талант такие известные в Железногорске работники культуры,   как Ф. Хаиров, С. Ролдугин,